18 июля 2017

Плюс цифровизация всей страны

Для российской власти, как это было сформулировано на самом авторитетном уровне, формирование цифровой экономики — это вопрос национальной безопасности России. Тогда как на Западе "цифра" рассматривается как всего лишь дополнение к аналоговой экономике, которое способно подтолкнуть развитие реальных секторов. Эксперты Всемирного банка, например, считают, что решение задач нацбезопасности неизбежно приводит к созданию мобилизационной, а не цифровой экономики. По их мнению, последняя нуждается как раз в обратном — открытости, подотчетности, конкуренции. Потому как ее ведущая цель — повышение качества жизни граждан за счет проникновения новейших технологий в бизнес, в сферу услуг, на производство, в деятельность государства и, конечно, развитие новых средств коммуникаций и связи. Иными словами, для Запада цифровая экономика — задача прикладная и более широкая, чем просто развитие информационно-компьютерных технологий (ИКТ).

133-страничный доклад McKinsey тому подтверждение.

 


Фото: Глобальный поиск

Наши достижения

Россия, по мнению экспертов McKinsey, уже живет в цифровой эре: по количеству пользователей интернета она занимает первое место в Европе и шестое — в мире, по доступности услуг сотовой связи — второе место в мире, а широкополосного интернета — десятое. За последние три года число смартфонов у россиян увеличилось вдвое и это больше, чем в Бразилии, Индии и странах Восточной Европы.

C 2011 по 2015 год совокупный объем цифровой экономики России увеличился на 59 процентов и растет почти в 9 раз быстрее, чем ВВП страны. При этом цифровые расходы домохозяйств составляют только 2,6 процента ВВП России (в странах-лидерах — 3,6 процента). А если удастся довести объемы российских инвестиций в ИКТ до среднего уровня западных стран, доля цифровой экономики вырастет до 5,9 процента ВВП, что позволит России занять место между Индией и Китаем.

В России неплохо развита информационная инфраструктура: тарифы на фиксированный интернет для российских пользователей ниже, чем в странах Западной Европы на 44 процента, а на мобильный интернет — на 18 процентов. Средняя скорость доступа достаточно высока — 12 Мбит/c, что выше аналогичных показателей в странах БРИКС, Франции, Италии и странах Ближнего Востока. Россия — пионер в области разработки следующего поколения мобильной связи — 5G, обеспечивающего скорость соединения до 10-20 Гбит/с.

Словом, у России, по мнению McKinsey, есть шансы ускорить начавшиеся процессы. Главное — грамотно выбрать цель: она должна быть амбициозной и сложной, но реальной.

В чем проблема?

Западные эксперты указали на ряд сложностей, которые России придется преодолеть на пути цифровизации. Самое существенное отставание — в области управления. Цифровые технологии — хорошо, но они не работают без настройки отношения между субъектами экономики и управления в целом. Вторая проблема — "цифровое неравенство", диспропорция в развитии IT-технологий между регионами.

По мнению экспертов McKinsey, Россия отстает от развитых стран по двум ключевым индикаторам. Первый — доля выручки тысячи крупнейших публичных ИКТ-компаний: если в США она составляет 33 процента, в Китае — 10, то в России чуть больше 1 процента. Второй — число частных "компаний-единорогов" (компаний, не вышедших на IPO, но стоимостью более 1 млрд долларов.— "О"): если в США таковых 111, в Европе — 21, в Китае — 55, то от России в перечень вошла только Avito. Компаний, бизнес которых оценивается в 500 млн долларов, в России тоже только одна — OZON. Да и активности по созданию новых технологических компаний не наблюдается: если в США ежедневно регистрируется около 60 таких стартапов, то в России — 1,2.

Еще одна проблема — недостаток финансирования. При этом государство инвестирует в НИОКР на уровне развитых стран, а вот частных денег не хватает — всего 0,7 процента ВВП (в США аналогичные инвестиции составляют 1,9 процента ВВП, в Германии — 2 процента). А  это важный показатель: бизнес рад использовать новейшие технологии, а если он этого не делает, значит, ему мешают. По мнению аналитиков, решить проблему могло бы развитие сети государственных научно-исследовательских центров для проведения фундаментальных исследований вкупе с софинансированием перспективных предпринимательских проектов.

И, наконец, проблемы, связанные с интернет-торговлей и развитием сектора госуслуг. В первом случае речь идет не только о том, что цифровая торговля развита в России в 2 раза меньше, чем в США. Но и о том, что от ее развития выигрывают не российские, а китайские торговые площадки и компании-производители: аудитория российских пользователей сайта AliExpress в 3 раза больше, чем крупнейших российских интернет-магазинов.

Что же до сферы госуслуг, то тут, с одной стороны, наблюдается резкий рост числа пользователей — только за 2016-й их стало вдвое больше (40 млн человек), с другой — число услуг по-прежнему невелико и только половина из них может быть получена через интернет. Немало сложностей по пользованию порталами госуслуг возникает и у российского бизнеса.

Точки роста

Доклад называет четыре точки роста, на которые эксперты McKinsey предлагают сделать ставку,— промышленность, финансы, здравоохранение и телекоммуникации. В частности, особое внимание уделено интернет-банкингу — это один из самых быстро развивающихся секторов. Россия уже опережает некоторые европейские страны по доле клиентов, использующих для удаленного банковского обслуживания только мобильный канал (10 процентов). Но вот основной финансовый продукт, который они приобретают,— это депозиты (92 процента), тогда как на долю страховок, кредитов и т.д. приходится лишь 8 процентов (в Польше, например, 18 процентов). По мнению экспертов McKinsey, росту продаж через интернет сейчас препятствуют нормы законодательства и невысокая финансовая грамотность населения.

Доклад отмечает стагнацию телекоммуникационного рынка и в мире, и в России, это связано с насыщением спроса и снижением прибыльности бизнеса. Если операторы не начнут перестраивать бизнес, ситуация ухудшится. Но перестраивать не означает только лишь проект по технологии 5G. Речь прежде всего об использовании БПД ("Большие пользовательские данные" — голосовые данные, SMS-сообщения, мобильный трафик, данные геолокации, сведения о загруженных приложениях, платежных транзакциях, типах контрактов). Пока, по мнению McKinseу, "большая тройка" практически их не использует.

Отставание России в сегменте цифровой медицины очень велико. В качестве успеха эксперты смогли назвать переход с бумажных медкарт на электронные в 69 поликлиниках Москвы (при этом уточняется, что создавать новые медкарты могут только 30 процентов врачей), а также распространение системы ЕМИАС, благодаря которой уже 60 процентов москвичей могут записаться на прием к врачу самостоятельно. И это в Москве — самом интернет-продвинутом и богатом городе страны!

Просто догонять Запад, по мнению экспертов, бессмысленно: это поставит российские компании и отрасли в положении вечно отстающих. Преодолеть разрыв помогут концентрация ресурсов (создание партнерств) и выработка общих стандартов. Плюс роботизация производства и внедрение станков с числовым программным управлением (ЧПУ): в Японии более 90 процентов станков относятся к данному классу, в Германии и США — более 70, в Китае — около 30, а в России в 2016 году доля станков с ЧПУ составляла лишь 10 процентов (прогноз роста — 33 процента к 2020 году).

И, наконец, палочка-выручка — внедрение технологий по программе "Индустрии 4.0": оптимизация режимов загрузки и работы оборудования, повышение производительности труда и качества продукции, логическая оптимизация, улучшение прогнозирования спроса и постпродажного обслуживания, сокращение сроков вывода продукции на рынок. Внедрение "Индустрии 4.0" способно, по оценкам экспертов McKinseу, увеличивать объем российского ВВП на 1,3-4,1 трлн рублей ежегодно. Одно сокращение простоев оборудования вкупе с оптимизацией загрузки мощностей могут дать дополнительно по 0,4-1,4 трлн рублей в год.

Так что вот они — пресловутые скрытые источники и резервы, о которых любят упоминать российские чиновники.

Рекомендуемые новости