07 марта 2018

Цифровая экономика или цифровая колонизация?

Цифровая экономика… Ученые чаще всего весьма мудрено толкуют это определение, придуманное в 1995 году одним американским ученым

 


Источник: Новые Ведомости

Логика их чрезвычайно сложных для простого человека умозаключений такова. Интернет появился в 1982 году. С тех пор этот виртуальный мир достиг в своем развитии невиданного размаха. Компьютерные технологии ворвались во все сферы жизни общества, в том числе и в экономику. Стали средством, инструментом эффективного управления. Бумажный документооборот сменился электронным. Цифровой мир в передовых странах определяет сегодня их успешное развитие, рост ВВП. Государства, отставшие от мирового прогресса, обречены быть на его обочине навсегда.

Коли так, резонно, что Путин «заболел», по выражению первого вице-премьера РФ Игоря Шувалова, цифровой экономикой. 5 мая прошлого года президент заявил: правительство подготовило программу развития цифровой экономики, рассчитанную на десятилетия. Пояснил: «Цифровая экономика — это не отдельная отрасль, по сути это уклад жизни, новая основа для развития системы государственного управления, экономики, бизнеса, социальной сферы, всего общества».

В июле 2017-го правительство обнародовало программу: «Цифровая экономика Российской Федерации». В ней констатируется: «Россия занимает 41 место по готовности к цифровой экономике со значительным отрывом от десятки лидирующих стран, таких как Сингапур, Финляндия, Швеция, Норвегия, США, Нидерланды, Швеция, Великобритания, Япония…». К 2024 году у нас должны появиться не менее десяти национальных высокотехнологичных компаний-лидеров, которые будут разрабатывать «кросс-технологии» и управлять цифровыми платформами. Планируется также построить как минимум 500 предприятий, имеющих отношение к созданию цифровых технологий.

Чтобы выполнить намеченную программу, вузы ежегодно станут выпускать 120 тысяч специалистов по информационно-телекоммуникационным технологиям и не менее 800 тысяч — в области информационных технологий.

Цена вопроса? По мнению экспертов, на эти цели из бюджета страны необходимо выделять ежегодно по 100 миллиардов рублей.

Едва обширная программа цифровой революции в России была напечатана, послышалась пестрая, эмоциональная разноголосица оппонентов: «Кампанейщина!», «Дань моде», «Утопия»…

Впрочем, в этом хоре возгласов появились и здравые, аргументированные суждения специалистов. Академик РАН, директор института народнохозяйственного прогнозирования Виктор Ивантер заявил «Российской газете»:

Наши расчеты показывают, что если рост ВВП России будет ограничен лишь одним или двумя процентами в год, цифровизация останется не более чем благим пожеланием. Для перехода к цифре экономике нужен рост темпами, по крайней мере, не ниже среднемировых, а лучше на уровне пяти-шести процентов.

По мнению ученого, остановить, замедлить падение экономики оцифровка не в состоянии, она может лишь ускорить рост. А он построен на стимулах для инвестиций, которые лежат за пределами IT-технологий.

Цифровая экономика требует особой нормативно-правовой базы. Нужно принять в ближайшие два года до пятидесяти законов. Готова Госдума к ударным темпам работы? 20 февраля здесь состоялись парламентские слушания: «Формирование правовых условий финансирования и развития цифровой экономики». В зале заседаний, воистину, яблоку было негде упасть: он был забит людьми до отказа. Настолько велик, оказалось, интерес к злободневной теме. Парламентарии уверены, что смогут оперативно создать нормативно-правовую базу для перехода страны на цифру.

Председатель Комитета ГД по финансовому рынку Анатолий Аксаков сообщил, что сегодня доля цифровой экономики в росте российского ВВП в 2–3 раза ниже, чем у ведущих стран мира.

Палитра мнений участников дискуссии о цифровом мире такова. Глава Минсвязи Николай Никифоров: «Нам обязательно надо выстроить цифровую магистраль, по которой большие данные будут перемещаться от одной точки до другой. У нас нет иного выхода, мы можем только выстраивать цифровое общество». Первый заместитель председателя ЦБ Ольга Скоробогатова считает, что к 2025 году банки потеряют 20–60 процентов прибыли, если не будут внедрять цифровые платформы и новые технологии.

База цифровой экономики — это электроника, станкостроение, робототехника, искусственный интеллект, биотехнологии. Без серьезных финансовых вложений будем абсолютно зависимы, и первая же диверсия остановит целые производства — сказал на слушаниях лидер фракции КПРФ в Госдуме Геннадий Зюганов.

Сегодня у нас используются, в основном, зарубежные процессоры, микросхемы, серверы и т.д. И здесь таится угроза национальной безопасности державы. Об этом с тревогой говорили многие выступавшие на слушаниях. В частности, о том, что есть возможность через техустройства и программы обеспечения влиять на критические точки экономики, а также систему управления ею.

Рефреном звучала мысль: «Не надо спешить бездумно осваивать все новые и новые цифровые технологии». Президент группы компаний Infa Watch, сооснователь компании «Лаборатория Касперского» Наталья Касперская: «России навязывают некую повестку, а мы боимся опоздать или отстать. Однако каждая технология несет в себе риски, речь ведь идет о данных наших граждан, на основании которых можно сделать геополитические выводы. Если мы будем быстро применять технологии, которые приходят к нам с Запада, мы опустимся в состояние цифровой колонизации». По ее мнению, использование иностранных разработок лишь усугубит нашу технологическую зависимость, и в этой связи нет необходимости срочно брать и внедрять «умные дома» или блокчейн. Технологии лишь частично должны быть импортными, а в основном — своими, разработанными отечественными учеными и специалистами.

В обществе велик запрос на серьезные изменения. Без цифровизации такие изменения невозможны — подытожил ход полемики Игорь Шувалов — Я не призываю слепо копировать зарубежные технологии. Но нужно спешить, иначе упустим шанс.

Цифровые технологии должны сделать экономику России сильной, конкурентоспособной. Сделают ли? На этот вопрос, как всегда, ответит время.

Автор: Юрий Махрин

Рекомендуемые новости